Olrs.ru / Конкурс
КОНКУРС

Регистрация

Логин

Пароль

забыли пароль ?




Конкурс №14 коротких рассказов и стихов
Конкурс закрыт. Дата подведения итогов и оглашения победителей будет объявлена дополнительно. Спасибо всем участникам!











Телефонный звонок

«Послушайте! Еще меня любите
За то, что я умру»
М. Цветаева









Равномерные волны телефонного звонка размывали мой сон, пока я наконец не села на кровати и не зажгла светильник над головой. На часах была четверть второго. «И кого это угораздило звонить мне в такое время? Я, конечно, понимаю, что выходные…» — лениво подумала я и сняла трубку.
— Ты спишь?
Я даже не сразу узнала Ленкин голос — какой-то охрипший, чужой.
— Ну так, а что? Чего-то случилось? Ты заболела?
— Мама умерла. — Невероятного труда стоило Ленке выдавить из себя эти два слова.
— Ленка… Да ты что… Господи... Не может быть... Как же это? — потрясенная неожиданностью произошедшего, я залепетала всякую чушь.
— Сердечный приступ…

Я, конечно, была в курсе, что у Ленкиной мамы слабое сердце, но чтобы вот так… Это никак не укладывалось в голове. Сбрасывая остатки сна, я в то же время пыталась убедить себя, что все это мне снится, и вот сейчас я проснусь…

Ленкину маму я знала очень хорошо. Это была маленькая полная улыбчивая женщина с коротко стриженными волосами, всегда энергичная и удивительно добрая, мягкая — этакая наседка, которая всю жизнь не уставала собирать вокруг себя своих повзрослевших птенцов и единственная, на ком по сути и держалась вся Ленкина большая бестолковая семья. С самого детства я постоянно околачивалась в их квартире двумя этажами ниже, потому что моя собственная мама была с утра до ночи занята «зарабатыванием денег, чтобы поставить меня на ноги». Так что тетя Таня забирала меня из школы заодно с Ленкой, кормила в обед борщами и по ходу дела учила уму-разуму. Ее душевной щедрости с избытком хватало не только на ее собственных детей и племянников, но и на меня — чужого приблудного ребенка, школьную подружку ее младшей дочери…
Еще на прошлой неделе я была у Ленки и видела тетю Таню в добром здравии. А теперь ее вдруг не стало. Невозможно было даже представить себе их большой теплый гостеприимный дом без нее, без ее голоса, без ее фирменных кексов и пирожков с капустой...

— Ленок, чем тебе помочь? Хочешь, я к тебе приеду?
— Да нет, не надо, спасибо, — устало проговорила Ленка. — Тут и так уже почти все родичи собрались... Просто понимаешь...
И вдруг она всхлипнула так отчаянно, так безутешно, и заголосила:
— Все так внезапно, а я ведь столько всего не успела ей сказать, столько собиралась для нее сделать, но было вечно некогда… Вот так каждый раз думаешь — потом, еще успеется... А «потом» никогда не бывает... Опоздала... Простить себе не могу, что уделяла ей мало внимания, мало времени, забывала говорить ей, что люблю ее, и... Знаешь, никогда нельзя откладывать любить...
Лена захлебывалась в рыданиях, а я бормотала бесполезные слова утешения. Наконец она оборвала себя:
— Ладно... Я позвоню, когда назначат день похорон... Придешь?
— Конечно...

Я глубоко выдохнула, погасила свет и долго лежала в темноте. Ночь заглядывала своими пустыми черными глазницами в мои глаза, смотрела пристально, не отрываясь, не отступала, как будто вопрошала, требовала ответов на вопросы, в которых я не смела, трусила разбираться...

Почему мы спохватываемся, только когда теряем человека? Почему только тогда осознаем, насколько он был нам дорог? Начинаем терзаться жгучим запоздалым раскаянием, льем слезы над могилами... А ведь ничего уже не изменить, ничего не вернуть. Мертвым не нужны ни тепло, ни цветы, ни участие, ни забота… Почему же мы в суете или в эгоизме забываем дарить все это живым, пока они рядом, здесь, с нами, пока так в этом нуждаются? Ведь мало просто любить человека, надо, чтобы он это чувствовал…

Что-то неприятно кольнуло у меня в груди. А я? У меня ведь тоже есть мама... Когда Я в последний раз звонила ей? Делала для нее что-нибудь приятное? Когда навещала ее без праздника и не по делу? Когда в последний раз говорила, что все равно люблю ее? Я всегда стеснялась как-либо выражать это, как будто в этом есть что-то зазорное, из глупого страха показаться смешной, или сентиментальной, или еще бог знает какой, а может, затаив обиду за свой неудачный брак...

С матерью мы никогда особо не ладили. Отчасти потому, что я ее мало видела и мы редко разговаривали по душам (ведь ей действительно приходилось много работать, так как мой дражайший папаша ушел от нас в моем глубоком младенчестве), а потом еще и из-за Женьки. Мама почему-то была отчаянно против наших отношений и тем более нашей свадьбы, считая, что Женька мне абсолютно не подходит, и при каждом удобном случае давала ему это понять. Помнится, мы с ней тогда страшно ругались, и хотя Женька, возможно, и вправду был не подарок и в конце концов меня все-таки бросил, мне было всегда удобнее считать, что мой брак разбился в первую очередь о мамину непримиримую неприязнь к моему избраннику.

С тех пор как мы разменяли квартиру и мама уехала жить в область, уступив мне жилье в городе, мы отдалились еще больше. У меня не хватает времени, у меня всегда находится тысяча отговорок и важных дел: работа, друзья, поездки, спортзал, курсы вождения… Оправдаться всегда легко, просто сказать «мама, я занята»...
Сейчас моей маме 65 лет. Ленкиной было 62. И моя мама тоже когда-нибудь обязательно умрет, потому что умерла тетя Таня, потому что это неизбежность… И я наверняка тоже буду жалеть, что недодала, недосказала…
На память вдруг пришли строки из случайно вычитанного где-то стихотворения:

«Любите нас, пока не поздно,
И не жалейте добрых слов,
Настанет день, и ваши слезы
Нас не поднимут из гробов...»

На следующий день я проснулась против обыкновения рано, и все утро меня не отпускало какое-то странное болезненное томление. Это томление невыплаканных слез, или музыкальной пьесы без финального аккорда, или набухшего дождем неба, которое готово вот-вот разразиться грозой, но все отчего-то медлит…

Наконец, решительным жестом я взяла телефонную трубку и набрала такой родной и такой забытый номер.

— Мамочка? Привет, это я. А ты сегодня дома? Можно я сейчас к тебе приеду? Захвачу нашего любимого печенья с корицей, а? Я соскучилась по тебе…

Все вдруг разом стихло: тиканье будильника, шум машин, звуки шагов на лестнице, тревожный стук моего сердца... Долгие безмолвные секунды тянулись и тянулись… И тут, расколов пространство этой кромешной непроницаемой тишины, моя мама разрыдалась в трубку.

Я подняла глаза и взглянула в окно, улыбаясь сквозь навернувшиеся слезы. За стеклом в прозрачном воздухе кружились крупные белые хлопья первого снега и, замедляя внизу свой вальс, мягко опускались на черную остывшую землю.
Категория: Рассказы Автор: Екатерина Киселева нравится 1   Дата: 10:07:2013
Пользователи которым понравилась публикация
Вальков Владимир


Председатель ОЛРС А.Любченко г.Москва; уч.секретарь С.Гаврилович г.Гродно; лит.редактор-корректор Я.Курилова г.Севастополь; модераторы И.Дадаев г.Грозный, Н.Агафонова г.Москва; админ. сайта А.Вдовиченко. Первый уч.секретарь воссозданного ОЛРС Клеймёнова Р.Н. (1940-2011).

Проект является авторизированным сайтом Общества любителей русской словесности. Тел. +7 495 999-99-33; WhatsApp +7 926 111-11-11; 9999933@mail.ru. Конкурс вконтакте. Сайты региональной общественной организации ОЛРС: krovinka.ru, malek.ru, sverhu.ru