Olrs.ru / Конкурс
КОНКУРС

Регистрация

Логин

Пароль

забыли пароль ?










---






Немытики

Два мужика катались в пыли двора. То один одолевал и садился другому на грудь, то другой опрокидывал первого и садился ему на грудь. Оба страшно устали, но не отставали от своего занятия.
По временам, они кричали, страстно доказывая каждый свою правоту. Но потом снова вцеплялись друг в друга и все начиналось по новой.
Дети, единственные свидетели драки и не пытались их разнять, а все присаживались на корточки и заглядывали с любопытством в перемазанные кровью лица драчунов и еще нет-нет, да и свистели, вдруг, по-разбойничьи. Наконец, возня пьяниц детям надоела и они взялись за каменья. Через мгновение оба мужика уже бежали прочь, прикрывая головы израненными руками. А им вслед летел град камней и слышалась площадная ругань.
Дети, человек, так, десять, от мала до велика, от семи до тринадцати лет прогнав пьяниц к великой своей радости обнаружили на земле деньги потерянные двумя дураками. Несколько трешек и красненькую десятку. Самый старший, Гошка Щуклин по прозвищу Щука посчитал деловито деньги, сложил, разделил и получилось на каждого по рублю девяносто копеек. Совместно решили, что каждый хочет получить на свои кровные. Получилось немногое хотели, конфет да мороженого. Пошли в магазин, купили, честно поделили.
Они говорили: «По-братски!»
И всегда делили без обмана. Так делили хлеб и принесенные из дома яблоки. Так делили редкие сладости, например, любимые всей ватагой шоколадные батончики и мятную карамель.
Потом забирались на детскую площадку, рассаживались, кто где, ели и глядели на случайных прохожих, дольше всех провожали взглядами своих родителей. У каждого из ватаги были родители и у каждого родители пили горькую. Мишка Зозуля по прозвищу Зюзя, увидев своих, всегда плевался и цедил презрительно:
- Есть нечего, а они нарядные ходят!
Другие к своим были более терпимы, один только Сережка Поляков по прозвищу Цикун всегда кривился при воспоминании о родителях и твердо заявлял:
- Цо когда-нибудь их убьет!
Ему верили. Цикун был отчаянным, бил отца смертным боем, в девять лет дрался со взрослыми мужиками. Один мог одолеть и только своею яростью прогонял забулдыг куда-подальше. Родитель Сережки боялся и все больше валялся по канавам, предпочитая замерзнуть на улице нежели дома быть задушенным собственным сыном. Мать у Цикуна сидела в тюрьме. Хорошо хоть бабушка была. Только из-за нее Цикун еще дышал воздухом свободы, а не томился в интернате, потому как таких родителей, какие были у него, лишали вообще-то родительских прав. Бабушку Цикун любил и всегда говорил про нее с гордостью:
- Цо она у него хорошая, цо красавица, цо только у нее все волосы повылезли от нервов да от слез, но парик ей даже идет...
Во двор вышел мужик. Крупный, высокий, широкий в плечах смотрел на ватагу угрюмо. У него была большая крупная голова с редкими волосенками. Короткая бычья шея. Красные глаза, налитые до предела водкой, навыкате. Черная щетина на толстых обрюзгших щеках. Он явно не следил за изяществом своего костюма да и костюма-то никакого не было, а так жилетка. Остаток былой роскоши. Правда, на шее болтался линялый грязный галстук. Брюки с успехом заменяли старые спортивные штаны с пузырями на коленях. Мужик сжимал в руке солдатский ремень. Ватага мигом затаила дыхание.
Мужик с ненавистью и подозрением смотрел на ребят, мгновение и он без предупреждения кинулся вперед, занося с намотанным ремнем кулак вверх, чтобы обрушить его на первого попавшегося и быть может размозжить металлической пряжкой ему череп.
Дети резво разбежались, подобрали с дороги камни и приняли бой. Мужик скоро закрутился с матом и воем под градом увесистых булыжников. Ватага не поддавалась, мужик никого не мог поймать и скоро упал, обливаясь кровью. Дети его добивать не стали, а только плюнули презрительно и покинули поле битвы. Мужик остался ползать в кровищи и удушливой ненависти по детской площадке.
Девятиэтажки вокруг взирали на происходящее многочисленными окнами совершенно равнодушно будто на дворе и не было советской власти, будто никуда и не ушли царские времена особенно прославившиеся своей жестокостью и беспределом по отношению к детям.
Ватага, сплошняком из мальчишек, иногда принимала в свои ряды девчонок, но, как правило, боевых. Такою была Маринка Лебедева по прозвищу Млин. Она говорила всегда, не блин, а млин и поясняла, что так говорит ее бабушка, которая живет в деревне, на Дальнем Востоке, до сих пор, несмотря на пенсионный возраст, преподает в школе литературу и русский язык и она уж конечно, знает, как правильно говорить.
С Маринкой была связана история. Ватага отбила ее у перевозбужденного педофила. Мужик оказался хлипким и его вдесятером избили так, что кровавая лужа долго еще не просыхала на ступеньках лестницы пугая толстых хозяек. Педофил напал на Маринку прямо в подъезде ее собственного дома. На крики девочки никто из взрослых даже не выглянул. Только ватага, гуляя поблизости, среагировала незамедлительно. Млин дралась с педофилом отчаянно и он, чтобы обезвредить, ударил ее головой, раз и другой о батарею. Но тут подоспели ребята... Педофилы часто паслись вокруг ватаги. Предлагали свои услуги со слащавыми улыбками, манили конфетками. Ватага всегда оказывала им сопротивление и по возможности защищала не только свои ряды, но и девчонок живущих в округе. Многие из старших мальчишек ходили с остро наточенными ножами и кидались на педофилов, норовя нанести удар в самое уязвимое место этих гадов.
Маринка Млин одевалась как пацан, стригла волосы сама, коротко обрезая их ножницами. Она настолько ловко ровняла собственную челку, что многие мальчишки просили и их подстричь. Родителям-пьяницам не было дела до внешнего облика детей, хоть бы они себе космы отрастили, а в школе учителя ругались, требовали коротких стрижек. Маринка стригла дома, перед зеркалом. Она была из нормальной семьи и ее родители часто жалели немытиков, так они называли мальчишек из ватаги. Они приглашали ребят к себе домой еще и из благодарности, зная, что они спасли их дочь от педофила. Маринка им, без утайки, всегда все рассказывала.
Немытики приходили целой командой, скромно топтались в коридоре и стесняясь продранных до дыр носков проходили в комнату к Маринке. Здесь, ненадолго застряв в дверях вспоминали, что они - дети. Потому что Маринка доставала с полок настольные игры и пока стригла одного, предварительно помыв ему голову вкусно пахнущим шампунем, другие увлеченно играли. Нередко к мальчишкам присоединялся отец Маринки и немытики после, долго обсуждали невиданное дело. Они не могли поверить, чтобы чей-то отец мог вот так запросто играть с ними, смеяться и при этом не нажраться до посинения. Отец у Маринки и пахнул для мальчишек непривычно, от него не воняло запахом перегара и затасканной одежды. Он не рыгал, поминутно матерясь. А сидел со всеми на ковре, уплетая из общего блюда вкусные пироги с картошкой, которые пекла для компании мать Маринки. Он был в домашней спортивной одежде, в чистых носках и ни один придирчивый взгляд не мог разглядеть в его поведении чего-нибудь непристойного и противного.
Немытики всегда уходили из квартиры Маринки Млин с тоской, пряча глаза друг от друга, но каждый зная, что все бы отдал за такого отца и за такие игрушки, и за мягкую постель, и за чистую одежду, и за пироги с картошкой... И родители Маринки провожая их, каждый раз вздыхали мальчишкам вслед, не зная, увидят ли их еще, не зная, проснутся ли завтра эти дети или будут убиты пьяными родителями.
У всех немытиков, у всей ватаги была мечта. Вначале о нормальных родителях... но потом, о другой стране.
Они мечтали о такой стране, где не предаются пьянству и разврату. Они говорили восхищенным шепотом, потому что не смели мечтать вслух о своих фантазиях. По сути они говорили о том же коммунизме, о том же несбыточном мире придуманном когда-то революционерами и растасканном на куски и ошметки алчными гоблинами, жестокой пародией на революционеров, к сожалению, во множестве живущими в России.
Они говорили об утопии, которой не суждено никогда было сбыться и которую ищут многие верующие в Бога, обзывая свои поиски раем.
А всего-то надо было бы вспомнить родителям, что они — родители, перестать пить горькую, обогреть, накормить своих детей и жить для детей, делая то, что положено делать нормальным людям, продолжать свой род, стремясь найти самого себя в счастливых, уверенных в завтрашнем дне, потомках...
Категория: Рассказы Автор: Элеонора Кременская нравится 0   Дата: 07:10:2014


Председатель ОЛРС А.Любченко г.Москва; уч.секретарь С.Гаврилович г.Гродно; лит.редактор-корректор Я.Курилова г.Севастополь; модераторы И.Дадаев г.Грозный, Н.Агафонова г.Москва; админ. сайта А.Вдовиченко. Первый уч.секретарь воссозданного ОЛРС Клеймёнова Р.Н. (1940-2011).

Проект является авторизированным сайтом Общества любителей русской словесности. Тел. +7 495 999-99-33; WhatsApp +7 926 111-11-11; 9999933@mail.ru. Конкурс вконтакте. Сайты региональной общественной организации ОЛРС: krovinka.ru, malek.ru, sverhu.ru